Ветер перемен. Часть 16.

Самым тяжелым моментом стала авария Карла Вендлингера в Монако, в 1994-м, после которой гонщик 19 дней пролежал в коме. Самым приятным стал сезон 2001 года, когда мы закончили чемпионат на четвертом месте в Кубке Конструкторов. Я горжусь тем, что привел в Формулу 1 Кими Райкконена. Тогда мы запланировали трехдневные тесты, но уже в первый день я понял, что Кими ждет серьезное будущее, и сделал все, чтобы ему дали суперлицензию. За 36 лет, что я занимался автоспортом, в моей команде выступал лишь один платный гонщик - Педро Диниц, но и сейчас я бы не отказался от такого контракта. Он принес команде много денег и хорошо выступал на трассе.

Жалеть мне не о чем. Я сделал все что мог и надеюсь, что у моей команды будет достойное будущее

Прощаться с чем-то фантастическим всегда очень тяжело. Хотя за последние десять лет пришлось решить столько проблем, что иногда мне хотелось от этого отдохнуть. В последнее время меня часто спрашивают, буду ли я скучать по Формуле 1? Ответ напрашивается сам собой: «Да!» Со многими из присутствующих здесь мне будет тяжело расставаться, но я знаю, что передаю команду в хорошие руки. Я тронут тем, сколько народу собралось на эту вечеринку и хочу поблагодарить Освальда Грюбеля за организацию столь фантастического вечера. Спасибо вам всем!»

Последняя гонка, как и весь путь Sauber в Формуле 1, складывалась непросто, но Фелипе Массе удалось финишировать шестым, поставив тем самым красивую точку, и еще раз подтвердить статус Sauber, как стабильной команды. А стабильность, как известно – признак мастерства!

Фелипе Масса: «Петер Заубер обещал подарить мне машину, если я финиширую шестым, как же после этого я мог не бороться? Если говорить серьезно, то я хочу поблагодарить Петера и команду за этот сезон. Сегодня шестое место было чем-то вроде подиума!»

После финиша Заубер еще долго оставался на пит-лейн. Возможно он и хотел уйти, но к нему постоянно подходили люди с пожеланиями всего наилучшего, потому что каждый, кто хоть немного знал Петера, будет скучать по добродушному швейцарцу. В его лице Формула 1 потеряла одного из последних динозавров, способных принимать вызов без мощной заводской поддержки.

Leave a Reply